Lex_Divina (lex_divina) wrote,
Lex_Divina
lex_divina

О социалистической законности (часть I)

Ссылаются на декреты, отменяющие смертную казнь. Но плох тот революционер, который в момент острой борьбы останавливается перед незыблемостью закона. Законы в переходное время имеют временное значение.
И если закон препятствует развитию революции, он отменяется или исправляется.


Из речи В.И. Ленина на V Всероссийском Съезде Советов.



Пару месяцев назад энто этнологический интерес дёрнул меня заглянуть в программу телепередач.

Понедельник, 19 июня:
21:30 Путин (фильм Оливера Стоуна). Часть 1-я
22:50 Вечер с Владимиром Соловьевым. Специальный выпуск

Вторник, 20 июня:
18:40 Первая Студия
21:35 Путин. Часть 2-я
23:15 Вечер с Владимиром Соловьёвым

Среда, 21 июня:
21:35 Путин. Часть 3-я
23:15 Вечер с Владимиром Соловьёвым

Четверг, 22 июня:
18:40 Первая Студия
21:35 Путин. Часть 4-я
23:15 Поединок с Владимиром Соловьёвым

Вечером пятницы — традиционный перерыв для накатывания. Следующий день тоже по облегчённой программе — только «Вести в субботу».
К концу недели культурная программа становится более насыщенной: воскресное «Время», «Вести недели» с Киселёвым, сразу после — «Воскресный вечер» с Соловьёвым. По Первому в это время — «Тайные общества. Маски конспираторов». Про жидомасонские заговоры.

Это — прайм-тайм только двух федеральных каналов всего за одну летнюю неделю. В лихие девяностые, помнится, разве что в воскресный вечер мозги полоскали с такой интенсивностью, с которой их теперь промывают перед каждым будним днём. Причём полоскали разнонаправленно: была государственная «Россия»; относительно лояльный, но в то же время достаточно независимый Первый канал (исходно называвшийся ОРТ — Общественное российское телевидение); фрондирующий НТВ Гусинского... Сейчас от переключения каналов содержимое т.н. аналитических программ не меняется вовсе — доходит до того, что Киселёв на «России» вовсю пиарит стоуновский фильм «Путин», транслируемый на формально конкурирующем Первом канале.

Впрочем, всерьёз разбирать построения наших телевизионных «политологов» — занятие на большого любителя с весьма специфичными вкусами.

Уинстон вернулся к себе, поскорее прошел мимо телекрана и снова сел за стол, все еще потирая затылок. Музыка в телекране смолкла. Отрывистый военный голос с грубым удовольствием стал описывать вооружение новой плавающей крепости, поставленной на якорь между Исландией и Фарерскими островами.



Обратимся лучше к передачам образовательным, развивающим, историческим.
В ту же самую неделю на Первом вышел примечательный документальный фильм — «Страна советов. Забытые вожди. Виктор Абакумов».



Это проект, рассказывающий о ключевых фигурах в руководстве Советского Союза в период с 1917 по 1953 годы. Феликс Дзержинский, Климент Ворошилов, Семен Буденный, Вячеслав Молотов, Андрей Жданов, Виктор Абакумов, Лаврентий Берия. Их имена известны всей стране и сегодня, но мало кто помнит, какими они вошли в историю, и что сделали для своего государства. Они находились в пучине гражданского противостояния и социальных потрясений, меняя ход истории. В их честь называли города, улицы и горные вершины, им возводили памятники, об их победах рассказывали в школах, но они не могли знать, что спустя годы их биографии подвергнутся тщательной редактуре, а все достижения предадутся забвению.

Аннотация ироничная, конечно. Неужели кто-то думает, что мы забыли достижения Феликса Дзержинского и Лаврентия Берии? Разумеется, Виктор Абакумов составляет достойную компанию вышеуказанным деятелям. Для перечисления его впечатляющих заслуг не хватит ни 50-минутного фильма, ни целого поста в ЖЖ. Ну да мы ведь никуда и не спешим, на обливание грязью своей истории времени у нас завсегда хватит.

Итак, Абакумов.
Его образование и происхождение было вполне типичным для представителя сталинской номенклатуры — родился в семье чернорабочего (позднее — уборщика, истопника) и швеи (позднее — санитарки, прачки), закончил три (по другим данным — четыре) класса городского училища. В профессиональном плане Виктор Семёнович пошёл в папу, т.е. ни к какой квалифицированной работе оказался не способен, и устраивался то санитаром, то упаковщиком, то охранником.
В нормальных условиях подобное начало трудовой деятельности не сулит какой-то особенно феерической карьеры, однако официальным гимном СССР в те годы являлся небезызвестный «Интернационал», провозглашавший: кто был никем — тот станет всем.
Смелое завление: в большинстве государств мира на высшие руководящие должности стремятся назначать людей, обладающих как можно более качественным образованием, как правило — окончивших лучшие национальные вузы. Так, Владимир Путин и Дмитрий Медведев являются выпусниками юрфака Ленинградского государственного университета, Ангела Меркель — физфака Лейпцигского университета, второго по старшинству в Германии, Барак Обама — Колумбийского университета и Гарварда, Трамп закончил Уортонскую школу бизнеса (программа MBA которой котируется на одном уровне с гарвардской), и даже анекдотичный Буш-младший как-то осилил программы всё того же Гарварда и Йеля.

А как же обстояли с этим дела в молодой советской республике?

В середине февраля 1937 г. его [Сталина] выдвиженец — молодой инженер Георгий Маленков, ставший секретарем ЦК, написал докладную. Из нее следовало: среди секретарей обкомов низшее образование имеют 70 процентов, среди секретарей райкомов и того больше — 80 процентов. Так что, говоря языком Хозяина, «кадровый вопрос стоял очень остро»«.
Что уж тут говорить про внутренний порядок в НКВД, если при Ежове в органах госбезопасности высшее образование имел один процент сотрудников, а более семи — десяти процентов — только низшее.
Среди руководящих работников НКВД число лиц, имевших начальное, среднее и незаконченное среднее образование на сентябрь 1938 г. составляло 82 процента. Число же руководителей, имевших высшее и незаконченное высшее образование, только десять процентов.

Смыслов О.С. Генерал Абакумов. Всесильный хозяин СМЕРША.


В середине 30-х гг. почти все руководящие посты занимали те, кто стал членом партии до 1921 года (на их долю приходилось 80% делегатов XVII съезда партии). Подавляющее большинство из них вступили в партию в 1917 — 1920 гг. Их уровень образованности был низкий: в 1920 году 5% большевиков имело высшее образование, 8% — среднее. 3% анкетированных были неграмотны. Остальные (84%) имели «низшее», «домашнее» и прочие виды внешкольного образования.
Даже через 10 лет пребывания у власти образовательный уровень правящего слоя не был высоким. Среди делегатов XVI съезда партии (1930 г.) лишь 4,4% имели высшее образование и 15,7% — среднее.

Емельянов Ю.В. Он мог стать преемником Сталина.


Впрочем, сведения об образовательном уровне делегатов съезда ВКП(б) не представляют никакого интереса, кроме сугубо справочного. Просто потому, что в сталинском СССР и съезды партии, и парламент (Верховный Совет) исполняли ещё более декоративную функцию, чем сейчас исполняют Государственная Дума и съезды «Единой России». Откровенно говоря, Верховный Совет СССР безо всякого ущерба для его деятельности можно было набирать из неграмотных чабанов — что в изрядной степени и было сделано, дабы подчеркнуть представительный характер этого формально высшего органа власти.

К слову, любезные читатели, помните ли вы Файзуллу Ходжаева? А Абдулло Рахимбаева? Что, даже Наримана Кербалай Наджаф-оглы Нариманова не припоминаете? Ну вот, а это ведь главы Советского Союза в 20-30-е годы. Что? Какой Ленин, какой Сталин? Не припоминаю таких. А, Ленин... Был такой председатель Совнаркома, кажется. Но в народном государстве верховная власть не может принадлежать каким-то там чиновникам, бюрократам. Она принадлежит народу, направляющему своих уполномоченных представителей в высший народно-представительный орган — Верховный Совет (а до его образования — Центральный исполнительный комитет СССР, избираемый всесоюзными съездами Советов). Вот главами этих орудий прямого народовластия и были Ходжаев, Рахимбаев, Нариманов, Айтаков, Мусабеков, Червяков...
Справедливости ради заметим, что товарищ Сталин по итогам невероятно напряжённых и непредсказуемых выборов 1937 года тоже прошёл в Верховный Совет СССР, но простым депутатом, а вовсе не всемогущим председателем Президиума.

Вы сейчас, наверное, думаете, что я смеюсь над вами, издеваюсь.
Отнюдь. Я всего лишь описываю государственное устройство Советского Союза таким, каким оно устанавливалось тогдашними законами. О том, какое отношение они имели к реальности, наглядно свидетельствует судьба вышеупомянутого Недирбая Айтакова. Он, как и многие другие Верховные правители Советского Союза, скоропостижно скончался в 1938 году от передозировки свинца в головном мозге. Ничего экстраординарного в подобной судьбе нет, но заслуживает внимания формулировка приговора: за шпионаж и организацию заговора с целью отторгнуть Туркмению от Советского Союза.
Даже не собираюсь разбирать, насколько обвинение было обоснованным (в 1937 году-то), а только хочу указать на на достаточно широко известный факт: абсолютно во всех советских конституциях, с первой до последней, был прямым текстом закреплён добровольный характер союза — равно как и право каждой республики на свободный выход из него. В действовавшей на момент казни Айтакова сталинской Конституции 1936 года («самой демократической в мире», как без тени иронии по сей день называют её сталинисты) указанная норма содержалась в статье 17.

Может возникнуть вопрос — а не фетишизирую ли я законы чрезмерно? Есть ли разница, как называется тот или иной нормативный акт — закон, указ, декрет, постановление, приказ, инструкция?
Разница не в названиях, а в порядке утверждения. Указы, декреты, постановления и приказы — это акты органов исполнительной власти. Правительств, министров, глав государств. Они не обязаны проходить долгую многоступенчатую процедуру разработки, утверждения, обсуждения и принятия, их просто готовит секретариат соответствующего должностного лица — и подаёт ему на подпись. Закон же — всегда результат деятельности представительного законодательного органа (речь, понятно, о реалиях последних ста лет, а не о временах Хаммурапи).
Но законы не просто проходят несколько чтений в парламенте, обрастая гроздьями стабилизирующих поправок, отправляясь на доработку или вовсе отклоняясь. Будучи утверждёнными парламентом, они подлежат официальному опубликованию, дающему всем гражданам страны возможность заранее ознакомиться с их текстом — и лишь после этого вступают в силу.

Понятно, что оперативно разрешать все возникающие перед государственной властью вопросы многоголовая махина парламента не может (да ведь в демократических странах там ещё и дискуссии возникают время от времени), поэтому указы, приказы и постановления ни в одном государстве планеты не вытесняются законами, а существуют наряду с ними, дополняя и конкретизируя их. При этом все вышеуказанные акты называются подзаконными — именно в силу того, что они, утверждаемые в упрощённом порядке, не могут противоречить законам. В современной России требование официальной публикации распространяется и на такие подзаконные акты — и мне лично доводилось принимать участие в процессе, где суд отклонил ссылки Минобороны на его же собственный приказ, касавшийся распределения жилья, но помеченный грифом «Для служебного пользования» — и по этой причине не опубликованный.

Однако есть и некоторые важные исключения. Так, преступность и уголовная наказуемость деяния может быть установлена исключительно Уголовным кодексом, принятым в форме федерального закона (ч. 1 ст. 3 УК РФ). Ни президент, ни правительство, ни генеральный прокурор, ни министр юстиции не могут объявить преступлением то, чего нет в УК РФ. Правда, при большом желании это могут сделать малоизвестные эксперты с сомнительной репутацией, но мы сейчас говорим об общих правилах, а не об исключениях.

Впрочем, любое исключение может легко стать правилом (см., например, частоту использования правительством статьи 87 Основных законов Российской империи в начале прошлого века), если не уделить должного внимания вопросам их применения. Поэтому уголовные кодексы традиционно дополняются уголовно-процессуальными, подробно расписывающими, как на практике следует доказывать преступность деяния (и вообще сам факт его совершения). Кроме того, осуществление правосудия (и по делам других категорий, но по уголовным — особенно) возлагается на суды, представляющие собой обособленную систему органов государственной власти. Обособленную от кого или от чего? Да от властей исполнительной и законодательной, конечно.
Получается следующая система сдержек и противовесов:
1) представительный парламент принимает законы, устанавливающие преступность тех или иных действий/бездействий; эти законы официально публикуются и доступны для ознакомления всем гражданами государства;
2) органы исполнительной власти (правоохранительные) выявляют факты совершения правонарушений и проводят по ним расследования, собирая доказательства виновности и невиновности конкретного подозреваемого лица;
3) суды, проанализировав собранные и представленные доказательства, выносят вердикт, виновен ли подсудимый либо же нет, и если виновен — назначают ему соответствующую меру наказания.

Теоретические начала подобной системы разделения властей были обозначены английским философом Джоном Локком ещё в XVII веке, а более подробно разработаны французским правоведом Шарлем де Монтескьё пятьюдесятью годами спустя. Можно ли довериться авторитетам означенных товарищей по обсуждаемому вопросу?
Думаю, да. Достаточно сказать, что действующий по сей день Гражданский кодекс Франции называется кодексом Наполеона вовсе не в шутку — он действительно был подписан тем самым Бонапартом больше двух столетий назад. Более того, им же был утверждён и Уголовный кодекс Франции, действовавший с 1810 по 1994 годы.
Для сравнения: наши уголовные кодексы только за последний век менялись не меньше пяти раз: в 1919, в 1922, в 1926, в 1960 и в 1996 годах. Полный перечень поправок к последнему УК РФ не умещается на экране (и это ещё что — вы список изменений Налогового кодекса РФ оцените!).

Правда, с британскими кодексами сравнивать уже труднее за некоторым отсутствием оных. Кодификация — вообще не самая сильная сторона англо-саксонской правовой системы, что, однако, не делает её юрисдикцию малопривлекательной. Понятно, что вы, уважаемые читатели, будете разбирать свои дела в Басманном суде — за отсутствием выбора. Те же, у кого такой выбор есть, удивительно часто за разрешением своих тяжб обращаются в Лондон — см. спор Березовского с Абрамовичем, например. А кто рассматривает спор России и Украины за 3 миллиарда долларов кредита правительству Януковича? Лондонский суд. В чём причина такого выбора, учитывая, что у этих трёх стран даже правовые системы принципиально различные? А в том, что британские суды обоснованно принято считать одними из наиболее независимых в мире. Это украинские суды могут на голубом глазу заявлять, что украинские военные не имеют отношения к катастрофе Ту-154 над Чёрным морем в 2001 году; это российские суды могут ничтоже сумняшеся брать и просто переписывать приговор Навальному, который Европейский суд по правам человека счёл вынесенным с нарушениями закона.

Впрочем, саму Россию подобное состояние дел волнует мало.
В то самое время, когда Джон Локк уже успел опубликовать свои работы, посвящённые целесообразности разделения властей, русский царь Пётр не только совмещал в своих руках все ветви этой самой власти на манер плётки-четырёххвостки, но и собственноручно приводил в исполнение приговоры.

«Петр сам рубил головы стрельцам, — пишет С. Платонов, — и заставлял то же делать своих приближенных и придворных».
«По свидетельству современников, в Преображенском селе ежедневно курилось до 30 костров с угольями для поджаривания стрельцов. Сам царь с видимым удовольствием присутствовал при этих истязаниях».
...30 сентября совершилась первая казнь в селе Преображенском. Петр Великий собственноручно отрубил головы пятерым стрельцам.
«17 октября, — пишет историк Соловьев», — приближенные царя рубили головы стрельцам: князь Ромодановский отсек четыре головы; Голицын по неумению рубить, увеличил муки доставшегося ему несчастного; любимец Петра, Алексаша (Меньшиков), хвалился, что обезглавил 20 человек«.
Став сам к ужасу народа палачом, Петр хотел, чтобы палачами стали и придворные. «Каждый боярин, — сообщает Соловьев, — должен был отсечь голову одного стрельца: 27 октября для этой цели привезли сразу 330 стрельцов, которые и были казнены неумелыми руками бояр, Петр смотрел на зрелище, сидя в кресле, и сердился, что некоторые бояре принимались за дело трепетными руками». Ходили слухи, что один из стрельцов, которого пытал Петр, плюнул ему в лицо, крикнув: «Вот тебе, собачий сын, антихрист!»
«Петр самолично присутствовал при допросах и пытках стрельцов, когда скрипела дыба и свистели батоги, когда хрустели кости, рвали жилы и шипело мясо, прижигаемое каленым железом».

Башилов Б.П. Робеспьер на троне.

При подобном бэкграунде едва ли удивительна убеждённость почти половины опрошенных Фондом общественного мнения россиян в том, что суды должен быть зависимы от руководства страны.


Плакат, метафорически обозначающий место закона в буржуазном и в советском суде.

Продолжение следует месяца через три с учётом моего обычного темпа.
Tags: Абакумов, социалистическая законность
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments