October 12th, 2017

ki

И мальчики распятые в глазах


Случилось страшное — в пылу борьбы за сохранение стабильности мы пропустили знаменательную дату.

Несмотря на неверие в успех переговоров с Англией и Францией, которое существовало в высшем политическом эшелоне Советского Союза, военные круги еще не потеряли надежды на успех. Об этом свидетельствует документ под названием «Соображения советской стороны по переговорам с военными миссиями Великобритании и Франции», разработанный 4 августа 1939 г. начальником советского генштаба командармом 1 ранга Б. М. Шапошниковым. В нем детально давался расчет сил и средств и освещались несколько вариантов возможного вооруженного выступления Красной Армии [Год кризиса 1938–1939. Т. 2. С. 168–174.].

Ворошилов на протяжении нескольких дней переговоров добивался того, чтобы представители Англии и Франции в максимально полной мере раскрыли свой военный потенциал, и только в последний день переговоров были доложены данные о возможностях и планах Советского Союза.
Подобная тактика, разумеется, была бы допустима, если бы речь шла только о выявлении союзоспособности своего партнера и серьезности его намерений. Но дело в том, что на основании этих данных Сталин через несколько дней в ночной беседе с Риббентропом сообщил ему свои выводы о военной слабости Англии и Франции [Akten zur deutschen aliswartigen Politik. Serie D. Band VII. S. 190.].

Представители Англии и Франции с интересом восприняли выступление Шапошникова с изложением стратегических планов советского верховного командования. Поэтому странным выглядит ответ Ворошилова на вопрос корреспондента газеты «Дейли геральд», готов ли был СССР «немедленно после начала войны оккупировать Вильно и Новогрудек на северо-востоке, а также Львовское, Тернопольское и Станиславское воеводства на юго-востоке», чтобы из этих районов «оказать полякам военную помощь».
«Это заявление, — подчеркнул советский нарком, — является от начала до конца лживым, автор его — наглым лжецом, а газета, поместившая это лживое заявление своего дипломатического обозревателя, — клеветнической газетой»
[Известия. 1939. 27 августа.]. Трудно понять подобную тональность ответа советского представителя на вполне обоснованный вопрос корреспондента.

Семиряга М.И. Тайны сталинской дипломатии. 1939-1941.

На самом деле не очень трудно, учитывая то, что произойдёт уже в следующем месяце.

Collapse )