October 12th, 2018

1ny

Давно забытый вкус

История с отравлением Скрипалей продолжает обрастать феерическими подробностями, а я предлагаю внимательнее присмотреться к любопытному эпизоду, лишь вскользь затронутому мной в рамках недавнего обзорного экскурса в историю отечественных политических убийств.

Сталин попросил Петровского высказаться. Тот торжественно объявил, что на Украине Коновалец заочно приговорен к смертной казни за тягчайшие преступления против украинского пролетариата: он отдал приказ и лично руководил казнью революционных рабочих киевского «Арсенала» в январе 1918 года.

Сталин, перебив его, сказал:

— Это не акт мести, хотя Коновалец и является агентом германского фашизма. Наша цель — обезглавить движение украинского фашизма накануне войны и заставить этих бандитов уничтожать друг друга в борьбе за власть. — Тут же он обратился ко мне с вопросом: — А каковы вкусы, слабости и привязанности Коновальца? Постарайтесь их использовать.

— Коновалец очень любит шоколадные конфеты, — ответил я, добавив, что, куда бы мы с ним ни ездили, он везде первым делом покупал шикарную коробку конфет.

— Обдумайте это, — предложил Сталин.

За все время беседы Ежов не проронил ни слова. Прощаясь, Сталин спросил меня, правильно ли я понимаю политическое значение поручаемого мне боевого задания.

— Да, — ответил я и заверил его, что отдам жизнь, если потребуется, для выполнения задания партии.

— Желаю успеха, — сказал Сталин, пожимая мне руку.

Мне было приказано ликвидировать Коновальца.

После моей встречи со Сталиным Слуцкий и Шпигельглаз разработали несколько вариантов операции.

Первый из них предполагал, что я застрелю Коновальца в упор. Правда, его всегда сопровождал помощник Барановский, кодовая кличка которого «Пан инженер». Найти момент, когда я останусь с Коновальцем один на один, почти не представлялось возможным.

Второй вариант заключался в том, чтобы передать ему «ценный подарок» с вмонтированным взрывным устройством. Этот вариант казался наиболее приемлемым: если часовой механизм сработает как положено, я успею уйти.

Сотрудник отдела оперативно-технических средств Тимашков получил задание изготовить взрывное устройство, внешне выглядевшее как коробка шоколадных конфет, расписанная в традиционном украинском стиле. Вся проблема заключалась в том, что мне предстояло незаметно нажать на переключатель, чтобы запустить часовой механизм. Мне этот вариант не слишком нравился, так как яркая коробка сразу привлекла бы внимание Коновальца. Кроме того, он мог передать эту коробку постоянно сопровождавшему его Барановскому.

Используя свое прикрытие — я был зачислен радистом на грузовое судно «Шилка», — я встречался с Коновальцем в Антверпене, Роттердаме и Гавре, куда он приезжал по фальшивому литовскому паспорту на имя господина Новака. Литовские власти в 30-х годах регулярно снабжали функционеров ОУН фальшивыми загранпаспортами.

Игра, продолжавшаяся более двух лет, вот-вот должна была завершиться. Шла весна 1938 года, и война казалась неизбежной. Мы знали: во время войны Коновалец возглавит ОУН и будет на стороне Германии.

П.А. Судоплатов
Спецоперации
Лубянка и Кремль 1930–1950 годы

Всё вполне традиционно: мудрый Сталин всё понимает о неизбежности войны с немецким фашизмом. Он отдаёт трудные, но необходимые приказы на ликвидацию возможных фашистских пособников среди украинского националистического подполья. Он организует беспрецедентные по массовости расстрелы населения собственной страны ради ликвидации потенциальной пятой колонны (как будет уверять десятилетия спустя активный участник этих репрессий Молотов во время своих бесед с Феликсом Чуевым). Он отодвигает границы, чтобы затруднить Гитлеру продвижение по территории нашей страны. Он вводит плату за обучение в старших классах школы и в вузах (тем самым обеспечивая мощный приток солдат в армию) и запрещает менять место работы без разрешения администрации предприятия (а крестьяне-то уже с первой половины 30-х годов к своим колхозам пришпилены отсутствием паспортов).
Самую малость забывает Сталин: позаботиться о разгроме тех, нападения кого мы, собственно, ожидаем.
Убивать украинских националистов хоть даже и за границей - это запросто, они же могут выступить на стороне Гитлера. Убить самого Гитлера? Нет, что вы, коммунисты никогда не были наёмными убийцами!
Перебить тысячи и тысячи сограждан по подозрениям в симпатиях к фашизму? Не вопрос, аппарат-то имеется! (с) Обеспечить самому немецкому фашизму международную изоляцию, помочь Франции и Британии удушить его экономически? Не, мы лучше договор о дружбе с Гитлером заключим и сырьё ему поставлять начнём.
Сдвинуть границы на Запад за счёт Польши? Легко, она давно этого заслуживает, да и Гитлер согласен. Правда, при этом и границы Германии сместятся к Востоку ещё на столько же, облегчая и ей внезапное нападение, но кого заботят такие мелочи!
Довести население страны до тотальной нищеты и хронического недоедания ради изготовления гор оружия, равных которым нет на всей планете? Отличный план! Использовать это оружие для нанесения удара по Германии в момент, когда она направила 90% своих сил на западный фронт против Франции и оказалась практически беззащитна с востока? Ни за что, у нас ведь пакт о ненападении! Лучше дождёмся, когда год спустя Гитлер его разорвёт, и с востока по нам ударят не десять дивизий ландвера, а двести дивизий вермахта и его союзников.

Любое сталинское преступление коммунисты готовы оправдать необходимостью подготовки к схватке с германским фашизмом, и только внятного объяснения невероятного миролюбия Сталина по отношению к предводителю этого самого фашизма у них нет.

Collapse )
1ny

Разоблачай врага под любой маской

Следует особенно подчеркнуть моральное величие немецкого Сопротивления, ибо у его участников вследствие эффективности и жесткости полицейских органов в нацистской Германии (особенно гестапо) почти никаких шансов выжить не было: передают, что засланный в Германию во время войны английский офицер с ужасом узнал, что из его списка в 118 агентов-информаторов 117 было раскрыто гестаповцами и расстреляно {Balfour M. Withstanding Hitler in Germany 1933–1945. London, 1988. P. 78.}.

О.Ю. Пленков
Культура на службе вермахта

Эт ещё что! Поговаривают, что засланный в Советский Союз накануне войны польский офицер с ужасом узнал, что из его списка в 118 агентов-информаторов 22469 было раскрыто НКВД и расстреляно.

Collapse )