Lex_Divina (lex_divina) wrote,
Lex_Divina
lex_divina

И мальчики распятые в глазах


Случилось страшное — в пылу борьбы за сохранение стабильности мы пропустили знаменательную дату.

Несмотря на неверие в успех переговоров с Англией и Францией, которое существовало в высшем политическом эшелоне Советского Союза, военные круги еще не потеряли надежды на успех. Об этом свидетельствует документ под названием «Соображения советской стороны по переговорам с военными миссиями Великобритании и Франции», разработанный 4 августа 1939 г. начальником советского генштаба командармом 1 ранга Б. М. Шапошниковым. В нем детально давался расчет сил и средств и освещались несколько вариантов возможного вооруженного выступления Красной Армии [Год кризиса 1938–1939. Т. 2. С. 168–174.].

Ворошилов на протяжении нескольких дней переговоров добивался того, чтобы представители Англии и Франции в максимально полной мере раскрыли свой военный потенциал, и только в последний день переговоров были доложены данные о возможностях и планах Советского Союза.
Подобная тактика, разумеется, была бы допустима, если бы речь шла только о выявлении союзоспособности своего партнера и серьезности его намерений. Но дело в том, что на основании этих данных Сталин через несколько дней в ночной беседе с Риббентропом сообщил ему свои выводы о военной слабости Англии и Франции [Akten zur deutschen aliswartigen Politik. Serie D. Band VII. S. 190.].

Представители Англии и Франции с интересом восприняли выступление Шапошникова с изложением стратегических планов советского верховного командования. Поэтому странным выглядит ответ Ворошилова на вопрос корреспондента газеты «Дейли геральд», готов ли был СССР «немедленно после начала войны оккупировать Вильно и Новогрудек на северо-востоке, а также Львовское, Тернопольское и Станиславское воеводства на юго-востоке», чтобы из этих районов «оказать полякам военную помощь».
«Это заявление, — подчеркнул советский нарком, — является от начала до конца лживым, автор его — наглым лжецом, а газета, поместившая это лживое заявление своего дипломатического обозревателя, — клеветнической газетой»
[Известия. 1939. 27 августа.]. Трудно понять подобную тональность ответа советского представителя на вполне обоснованный вопрос корреспондента.

Семиряга М.И. Тайны сталинской дипломатии. 1939-1941.

На самом деле не очень трудно, учитывая то, что произойдёт уже в следующем месяце.

14 сентября Военным советам БОВО (командарм 2-го ранга М. П. Ковалев, дивизионный комиссар П. Е. Смокачев и начштаба комкор М. А. Пуркаев) и КОВО (командующий войсками округа С. К. Тимошенко, члены ВС В. Н. Борисов, Н. С. Хрущев, начальник штаба комкор Н. Ф. Ватутин) направляются директивы Народного комиссара обороны СССР Маршала Советского Союза К. Ворошилова и Начальника Генерального штаба РККА — командарма I ранга Б. Шапошникова за № 16633 и 16634 соответственно «О начале наступления против Польши».

Директива для БОВО
№ 16633

Приказываю:

1. К исходу 16 сентября 1939 г. скрытно сосредоточить и быть готовым к решительному наступлению с целью молниеносным ударом разгромить противостоящие войска противника:

а) Полоцкая группа — командующий Витебской армейской группой комкор тов. Кузнецов, в составе 50-й и 5-й стр. дивизий, 27-й стр. дивизии, 24-й кав.дивизии, 25-й и 22-й танк. бригад 205-го и 207-го корп. артполков сосредоточить в двух группах:
1) в районе Ореховно, Ветрино и
2) в районе Березино, Лепель.
Задача — отбрасывая противостоящие войска противника от латвийской границы действовать в общем направлении на ст. Свенцяны и к исходу 17 сентября выйти на фронт Шарковщизна, Дуниловичи, Куренец; к исходу 18 сентября овладеть районом Свенцяны, Михалишки. Впредь до выдвижения резервов армии обеспечивать свой правый фланг. В дальнейшем иметь в виду овладение Вильно.

б) Минская группа — командующий группой — командир 3-го кав. корпуса комдив тов. Черевиченко, в составе 2-й и 100-й стр. дивизий, 7-й и 36-й кав. дивизий, 6-й танк бригады, 73-го и 152-го корп артполков в районе Изяславль, Городок.
Задача — мощным ударом прорвать фронт противника и наступать в направлении на Ошмяны, Лиду и к исходу 17 сентября выйти на фронт Молодечно, Воложин, к исходу 18 сентября овладеть районом Ошмяны, Ивье. В дальнейшем иметь в виду оказать содействие Полоцкой группе в овладении г. Вильно, а остальными силами наступать на г. Гродно.

в) Дзержинская группа— командующий группой — командующий КалВО комкор тов. Болдин, в составе 13-й и 4-й стр.дивизий, 6-й, 4-й и 11-й кав. дивизий, 15-го танк. корпуса, 130-го и 156-го корп. артполков в районе Кайданов, Узда, ст. Фаниполь.
Задача — мощным ударом по войскам противника разгромить их и решительно наступать в направлении на Новогрудок, Волковыск и к исходу 17 сентября выйти на фронт Делятичи, Турец; к исходу 18 сентября выйти на р. Молчадь на участке от её устья до м. Молчадь. В дальнейшем иметь в виду наступление на Волковыск с заслоном против г. Барановичи.

г) Слуцкая группа — командующий группой — командующий Бобруйской армейской группой комдив тов. Чуйков, в составе 8-й стр.дивизии 29-й и 32-й танк[овых] бригад в районе Грозов, Тимковичи, Греск.
Задача — действовать в направлении на г. Барановичи и к исходу 17 сентября выйти на фронт Снов, Жиличи.


Директива для КОВО
№ 16634

П р и к а з ы в а ю:

1. К исходу «16» сентября скрытно сосредоточить и быть готовым к решительному наступлению с целью молниеносным ударом разгромить противостоящие войска противника:

а) Каменец-Подольская группа — командующий группой командарм 2-го ранга тов. Тюленев, в составе 16-й, 9-й, 32-й и 34-й кав. дивизий, 72-й и 99-й стр. дивизий, 25-го танк. корпуса, 26-й и 23-й танк. бригад, 283-го и 274-го корп. артполков — в районе Гусятин, Каменец-Подольск, Ярмолинцы.
Задача — нанести мощный и молниеносный удар по польским войскам, надежно прикрывая свой левый фланг и отрезая польские войска от румынской границы, решительно и быстро наступать в направлении на Чортков, Станиславов и к исходу «17» сентября выйти на р. Стрыпа; к исходу «18» сентября овладеть районом Станиславов, имея дальнейшей задачей действия в направлении Стрый, Дрогобыч.

б) Волочиская группа — командующий группой — командующий Винницкой армейской группой комкор тов. Голиков 5, в составе 3-й, 5-й и 14-й кав. дивизий, 96-й и 97-й стр. дивизий, 24-й, 38-й танк. бригад, 269-го корп. артполка — в районе Волочиск, Соломна, Чёрный остров.
Задача — нанести мощный и решительный удар по польским войскам и быстро наступать на м. Трембовля, г. Тарнополь, г. Львов и к исходу «17» сентября выйти в район Езерна; к исходу «18» сентября овладеть районом Буск, Перемышляны, Бобрка, имея дальнейшей задачей овладение г. Львов.

в) Шепетовская группа — командующий группой — командующий Житомирской армейской группой комдив тов. Советников, в составе 44—й, 45-й и 81-й стр. дивизий, 36-й танк. бригады, 236-го и 233-го корп. артполков — в районе Новоград-Волынск, Славута, Шепетовка.
Задача — наступать в направлении на Ровно, Луцк и к исходу «17» сентября овладеть районом Ровно, Дубно; к исходу «18» сентября овладеть районом Луцк, имея в виду в дальнейшем наступление на Владимир-Волынск.

г) для обеспечения правого фланга сосредоточить в районе Олевск, Городница, Белокоровичи 15-й стр. корпус в составе 60-й и 87-й стр. дивизий и вести активные действия на Сарны.




Б. Польша двумя неделями позже


Обратите внимание на даты. Эти директивы направлены командующим войсками 14 сентября 1939 года, а их реализация назначена на 17-18 сентября.
А чем занимались в те же самые дни дипломаты?
(Далее цит. по Фельштинский Ю. Оглашению подлежит: СССР — Германия. 1939-1941: документы и материалы.)

ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ — В МИД ГЕРМАНИИ
Телеграмма
Москва, 10 сентября 1939 — 21 час. 40 мин.
Срочно!
Совершенно секретно! Телеграмма № 317 от 10 сентября
Дополнение к моей телеграмме № 310 от 9 сентября со ссылкой на сегодняшний телефонный разговор с имперским министром иностранных дел.


На сегодняшней встрече в 16 часов Молотов изменил свое вчерашнее заявление, сказав, что советское правительство было застигнуто совершенно врасплох неожиданно быстрыми германскими военными успехами. Основываясь на нашем первом сообщении, Красная Армия рассчитывала на несколько недель, которые теперь сократились до нескольких дней. Советские военные власти оказались поэтому в трудном положении, так как, принимая во внимание местные обстоятельства, они требовали, по возможности, еще две-три недели для своих приготовлений. Уже было мобилизовано более трех миллионов человек.
Я очень подробно объяснил Молотову, насколько при таком положении дел важны быстрые действия Красной Армии.
Молотов повторил, что делается все возможное для ускорения событий. У меня создалось впечатление, что вчера Молотов обещал больше, чем от Красной Армии можно ожидать.
Затем Молотов подошел к политической стороне вопроса и заявил, что советское правительство намеревалось воспользоваться дальнейшим продвижением германских войск и заявить, что Польша разваливается на куски и что вследствие этого Советский Союз должен прийти на помощь украинцам и белорусам, которым «угрожает» Германия. Этот предлог представит интервенцию Советского Союза благовидной в глазах масс и даст Советскому Союзу возможность не выглядеть агрессором.
Этот путь был Советскому Союзу перекрыт вчерашним сообщением ДНБ [Deutsches Nachrichtenbüro — Германское информационное бюро] о том, что, согласно заявлению генерал-полковника Браухича, ведение военных действий на германском восточном фронте уже не является необходимым. Сообщение создавало впечатление, что германо-польское перемирие неизбежно. Если, однако, Германия заключит перемирие, Советский Союз не может начинать «новую войну».
Я заявил, что я не знаком с этим сообщением, которое не может соответствовать действительности; я немедленно сделаю запрос.


РИББЕНТРОП — ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
Телеграмма
Берлин, 13 сентября 1939 — 17 час. 50 мин. Получена в Москве 14 сентября 1939 — 1 час. 10 мин.
Телеграмма № 336 от 13 сентября
Спешно!
Лично послу!


Как только определится точный исход приближающейся сейчас к своему концу великой битвы за Польшу, мы будем в состоянии предоставить Красной Армии информацию, о которой она просила, о многочисленных частях польской армии. Но уже сейчас я просил бы Вас информировать господина Молотова, что его замечание относительно заявления генерал-полковника Браухича является следствием явного недоразумения. Это заявление было сделано исключительно к сведению исполнительной власти бывшей имперской территории [Западной Польши]; оно было составлено еще до начала военных действий против Польши и не имеет никакого отношения к ограничению наших военных операций к востоку от [оккупированной нами] бывшей польской территории. Вопрос о необходимости заключения перемирия с Польшей [германским командованием] не ставится.



Защитим украиноязычное население Западной Украины от польских фашистов!


ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ — В МИД ГЕРМАНИИ
Телеграмма
Москва, 10 сентября 1939 — 21 час. 40 мин.
Срочно!
Совершенно секретно! Телеграмма № 317 от 10 сентября
Дополнение к моей телеграмме № 310 от 9 сентября со ссылкой на сегодняшний телефонный разговор с имперским министром иностранных дел.


На сегодняшней встрече в 16 часов Молотов изменил свое вчерашнее заявление, сказав, что советское правительство было застигнуто совершенно врасплох неожиданно быстрыми германскими военными успехами. Основываясь на нашем первом сообщении, Красная Армия рассчитывала на несколько недель, которые теперь сократились до нескольких дней. Советские военные власти оказались поэтому в трудном положении, так как, принимая во внимание местные обстоятельства, они требовали, по возможности, еще две-три недели для своих приготовлений. Уже было мобилизовано более трех миллионов человек.
Я очень подробно объяснил Молотову, насколько при таком положении дел важны быстрые действия Красной Армии.
Молотов повторил, что делается все возможное для ускорения событий. У меня создалось впечатление, что вчера Молотов обещал больше, чем от Красной Армии можно ожидать.
Затем Молотов подошел к политической стороне вопроса и заявил, что советское правительство намеревалось воспользоваться дальнейшим продвижением германских войск и заявить, что Польша разваливается на куски и что вследствие этого Советский Союз должен прийти на помощь украинцам и белорусам, которым «угрожает» Германия. Этот предлог представит интервенцию Советского Союза благовидной в глазах масс и даст Советскому Союзу возможность не выглядеть агрессором.
Этот путь был Советскому Союзу перекрыт вчерашним сообщением ДНБ [Deutsches Nachrichtenbüro — Германское информационное бюро] о том, что, согласно заявлению генерал-полковника Браухича, ведение военных действий на германском восточном фронте уже не является необходимым. Сообщение создавало впечатление, что германо-польское перемирие неизбежно. Если, однако, Германия заключит перемирие, Советский Союз не может начинать «новую войну».
Я заявил, что я не знаком с этим сообщением, которое не может соответствовать действительности; я немедленно сделаю запрос.



Сбылись мечты народные! Наконец-то дадут организовать колхоз!


ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ — В МИД ГЕРМАНИИ
Телеграмма
Москва, 14 сентября 1939 — 18 час. 00 мин.
Срочно!
Совершенно секретно!
Телеграмма № 350 от 14 сентября
На Вашу телеграмму № 336 от 13 сентября


Молотов вызвал меня сегодня в 16 часов и заявил, что Красная Армия достигла состояния готовности скорее, чем это ожидалось. Советские действия поэтому могут начаться раньше указанного им [Молотовым] во время последней беседы срока (см. мою телеграмму № 317 от 10 сентября). Учитывая политическую мотивировку советской акции (падение Польши и защита русских «меньшинств»), [Советам] было бы крайне важно не начинать действовать до того, как падет административный центр Польши — Варшава. Молотов поэтому просит, чтобы ему как можно более точно сообщили, когда можно рассчитывать на захват Варшавы.
Пожалуйста, пришлите инструкции.

Я хотел бы обратить Ваше внимание на сегодняшнюю статью в «Правде», переданную ДНБ, к которой завтра прибавится аналогичная статья в «Известиях». Эти статьи содержат упомянутую Молотовым политическую мотивировку советской интервенции.



За бегство через границу в СССР тех лет полагалась смертная казнь.
Но передвигать саму границу не запрещалось.


ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ — В МИД ГЕРМАНИИ
Телеграмма
Москва, 16 сентября 1939 г.
Срочно! Совершенно секретно!
Телеграмма № 371 от 16 сентября
На Вашу телеграмму № 360 от 15 сентября


Я виделся с Молотовым сегодня в 18 часов и выполнил инструкции. Молотов заявил, что военная интервенция Советского Союза произойдет, вероятно, завтра или послезавтра. Сталин в настоящее время консультируется с военными руководителями, и этим вечером он, в присутствии Молотова, укажет мне день и час советского наступления.
Молотов добавил, что он доложит о моем сообщении правительству, но он думает, что в совместном коммюнике уже более нет нужды; советское правительство намерено мотивировать свои действия следующим образом: Польское государство распалось и более не существует, поэтому аннулируются все соглашения, заключенные с Польшей; третьи державы могут попытаться извлечь выгоду из создавшегося хаоса; Советский Союз считает своей обязанностью вмешаться для защиты своих украинских и белорусских братьев и дать возможность этому несчастному населению трудиться спокойно.
Советское правительство намерено обнародовать сообщение в указанном духе по радио, в прессе и т. д. немедленно после того, как Красная Армия пересечет границу, и в то же время заявить об этом в официальной ноте польскому послу здесь и всем здешним дипломатическим миссиям.
Молотов согласился с тем, что планируемый советским правительством предлог [спасти восточную Польшу от угрозы со стороны Германии] содержал в себе ноту, обидную для чувств немцев, но просил, принимая во внимание сложную для советского правительства ситуацию, не позволять подобным пустякам вставать на нашем пути. Советское правительство, к сожалению, не видело какого-либо другого предлога, поскольку до сих пор Советский Союз не беспокоился о своих меньшинствах в Польше и должен был так или иначе оправдать за границей свое теперешнее вмешательство.

В заключение Молотов срочно запросил разъяснения, что станет с Вильно [Вильнюс]. Советское правительство очень хочет избежать столкновения с Литвой и поэтому хотело бы знать, достигнута ли какая-либо договоренность с Литвой относительно района Вильно и кто, в частности, оккупирует город.



Какие-то вредители нарисовали плакат на будущем фашистском наречии великорусского языка


ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ — В МИД ГЕРМАНИИ

Телеграмма
Москва, 17 сентября 1939 г.
Телеграмма № 372 от 17 сентября
К моей телеграмме № 371 от 16 сентября
Очень срочно! Секретно!


Сталин в присутствии Молотова и Ворошилова принял меня в 2 часа ночи и заявил, что Красная Армия пересечет советскую границу в 6 часов утра на всем ее протяжении от Полоцка до Каменец-Подольска.
Во избежание инцидентов Сталин спешно просит нас проследить за тем, чтобы германские самолеты начиная с сегодняшнего дня не залетали восточнее линии Белосток — Брест-Литовск — Лемберг (Львов). Советские самолеты начнут сегодня бомбардировать район восточнее Лемберга.
Я обещал сделать все, что возможно, в смысле информирования германских военно-воздушных сил, но просил, учитывая, что осталось мало времени, чтобы сегодня советские самолеты не подлетали к упомянутой линии слишком близко.

Советская комиссия прибудет в Белосток завтра, самое позднее послезавтра.
Сталин зачитал мне ноту, которая будет вручена уже этой ночью польскому послу и копия которой в течение дня будет разослана всем миссиям, а затем опубликована. В ноте дается оправдание советских действий. Зачитанный мне проект содержал три пункта, для нас не приемлемых. В ответ на мои возражения Сталин с предельной готовностью изменил текст так, что теперь нота вполне нас удовлетворяет. Сталин заявил, что вопрос о публикации германо-советского коммюнике не может быть поставлен на рассмотрение в течение ближайших двух-трех дней.
В будущем все военные вопросы, которые возникнут, должны выясняться напрямую с Ворошиловым генерал-лейтенантом Кестрингом.



Совместный меморандум об окончательном урегулировании польского вопроса


НОТА ПРАВИТЕЛЬСТВА СССР, ВРУЧЕННАЯ ПОЛЬСКОМУ ПОСЛУ В МОСКВЕ УТРОМ 17 СЕНТЯБРЯ 1939 ГОДА

Господин посол,
Польско-германская война выявила внутреннюю несостоятельность Польского государства. В течение десяти дней военных операций Польша потеряла все свои промышленные районы и культурные центры. Варшава как столица Польши не существует больше. Польское правительство распалось и не проявляет признаков жизни. Это значит, что Польское государство и его правительство фактически перестали существовать. Тем самым прекратили свое действие договора, заключенные между СССР и Польшей. Предоставленная самой себе и оставленная без руководства, Польша превратилась в удобное поле для всяких случайностей и неожиданностей, могущих создать угрозу для СССР. Поэтому, будучи доселе нейтральным, советское правительство не может более нейтрально относиться к этим фактам.
Советское правительство не может также безразлично относиться к тому, чтобы единокровные украинцы и белорусы, проживающие на территории Польши, брошенные на произвол судьбы, остались беззащитными.
Ввиду такой обстановки советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной Армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии.

Одновременно советское правительство намерено принять все меры к тому, чтобы вызволить польский народ из злополучной войны, куда он был ввергнут его неразумными руководителями, и дать ему возможность зажить мирной жизнью.
Примите, господин посол, уверения в совершенном к Вам почтении.


Народный комиссар иностранных дел СССР
В. Молотов
Чрезвычайному и полномочному послу Польши г. Гржибовскому Польское посольство Москва



Техника выполнения искусственного дыхания единокровным братьям, задыхавшимся под панским игом, — пролетарской молодёжи


К сожалению, полному освобождению Польши временно помешало гитлеровское вероломство. Однако к этому насущному вопросу советское руководство вернулось ещё до завершения Второй мировой войны.

Одной из основных составляющих процесса насаждения политического строя и идеологии в странах «народной демократии» являлось создание там института цензуры по советскому образцу сразу же после окончания войны. В Польше этот процесс начался вскоре после подавления Варшавского восстания в октябре 1944 г. 3 ноября 1944 г. «для организации цензуры при Польском Национальном Комитете» Главлит «по просьбе тов. Булганина Н.А.» направляет в город Люблин своих ответственных работников П.В. Галдина и К.К. Ярмужа. О том, как разворачивалась «ударная работа», в результате которой практически в двухмесячный срок в Польше была ликвидирована многопартийная пресса, произведены кадровые чистки, а массовая культура (кино, радиовещание, развлекательные жанры), литература и искусство поставлены под жесткий партийный контроль, свидетельствует комплекс документов [ГА РФ.Ф. 9425. On. 1. Д. 308], в который входят служебные донесения, нормативные акты, аналитические справки, которые практически ежедневно посылали в Москву ее эмиссары.

В одном из первых донесений П.В. Галдин и К.К. Ярмуж сообщали Н.Г. Садчикову: «На основании Ваших распоряжений в гор. Люблин мы прибыли 16 декабря 1944 года. 16 и 17 декабря нами были подготовлены проекты — Декрет о контроле прессы, кино и радио и Положение о «Центральном Бюро контроля прессы, кино и радио при Министерстве Общественной Безопасности Польской Республики». Еще три месяца тому назад Декрет о цензуре подготовляли польские патриоты. Но этот проект декрета польских патриотов был составлен крайне неудовлетворительно, причем отдельные статьи были направлены, по существу, против Советского Союза. Так, например, статья 8 гласила, что «Издателем и ответственным редактором издания может быть только польский гражданин, проживающий в Польше, имеющий полных 21 год, не находящийся в заключении и не лишенный прав гражданства и т. п. На основании этого пункта советские граждане исключались бы. Кроме этого, проект Декрета польских патриотов не предусматривал контроль материалов радиовещания, картографии, вывоз и ввоз иностранной литературы, публичных лекций, выставок, кино, музеев и т. п.» [Там же].

Под прикрытием генералов Красной Армии, к помощи которых пришлось прибегнуть цензорам, были достигнуты следующие результаты. 19 января 1945 г. министр Общественной безопасности Польской Республики Станислав Радкевич подписал приказ об организации при Министерстве общественной безопасности Центрального бюро контроля прессы, кино, радио и т. д. (ЦБКП). Временно и. о. начальника ЦБКП был назначен Леон Жендовский — член Польской рабочей партии; ему было поручено организовать ЦБКП под руководством московских должностных лиц из Главлита. В аппарате ЦБКП работали начальник и 3 цензора. С 20 января 1945 г. все центральные газеты Польши начали проходить через предварительный контроль. Для ЦБКП были выделены две комнаты с телефоном, в которых производилась работа. Был подготовлен проект циркуляра для редакторов и директоров издательств и типографий, в котором говорилось о введении цензуры в печати, кино, радио, театрах и т. п. и о порядке контроля. Задание Москвы было выполнено полностью. Случаи политических ошибок в феврале — марте резко сократились, в этом была известная доля «заслуги молодой польской цензуры, которая, несмотря на недостаток и еще малоопытность кадров, усвоила большевистский стиль работы братской Советской цензуры и ведет борьбу за улучшение качества польской демократической печати».

Горяева Т. М. Политическая цензура в СССР. 1917-1991 гг.

И чё это поляки нас не любят? Ну ладно немцев, а нас-то за що?

Наверное, всё дело в патологической русофобии.

Tags: Германия, Польша, СССР
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments