Lex_Divina (lex_divina) wrote,
Lex_Divina
lex_divina

Она плакала и черпала ложкой молоко из копытной ямки на дороге

В "Сименонии" вскользь был отмечен откровенно спекулятивный характер продажи государственного хлеба через Торгсин.
Честно говоря, я даже не знаю, где ещё в мире можно найти аналоги подобной политики. Может, поискать их, хм... в Третьем рейхе? Хо-хо! Конгениально, господа присяжные заседатели! Не думаю, что кому-то ещё до меня приходила в голову идея сравнить сталинскую политику с гитлеровской. Очень интересно, как жилось немецким крестьянам в 1933 году - когда к власти в Германии пришли нацисты, а в Советском Союзе умирающим от голода колхозникам предлагали купить хлеб впятеро дороже, чем продавали его европейским капиталистам?



Характер экономической ориентации нацистов в промышленности и сельском хозяйстве был различен: если в первом случае традиционные установки и ценности преимущественно остались неизменными, то в сельском хозяйстве идеология первоначально одержала верх по причине наличия у нацистов сильного элемента аграрного романтизма, коренящегося в почвенническо-народническом характере нацистской идеологии. Помимо благоприятной для крестьян идеологической ориентации нацистов, большое значение имели и практические шаги нового правительства: снижение налогов и значительное сокращение выплат по долговым обязательствам, что сразу облегчило положение сельскохозяйственных районов и обеспечило нацистам надежные тылы в деревне. Под руководством В. Дарре нацистам удалось обеспечить себе лидирующие позиции практически во всех ассоциациях, представляющих интересы крестьян. Вскоре Гугенберг освободил пост министра сельского хозяйства, и Дарре на этом важном посту приступил к осуществлению своей программы, имевшей целью реализацию совершенно новых планов в аграрном секторе: создания системы гарантий собственности крестьян на фоне тотального контроля над рынком и ценами, а в дальнейшем и создания территориально-административной системы управления сельских хозяйством, что было важной частью общенациональной мобилизации в преддверии войны. Если Сталин видел в крестьянах главное препятствие в реализации проекта создания нового социалистического общества, то Гитлер, напротив, провозгласил крестьянство «вечно живой основой немецкой нации», а день немецкого крестьянина отмечали столь же торжественно, как и 1 мая{21}.

О. Ю. Пленков
Рай для немцев

Отетада! Как же так вышло, что немецкие нацисты сразу после прихода к власти принялись снижать налоги для крестьян, а советские коммунисты - поднимать, что стало непосредственной причиной катастрофических голодных вымираний как в 1921-1922, так и в 1932-1933 годах? Как же так, коммунисты же за простой народ, рабочий и крестьянка, серп и молот, колоски на гербе, вот это вот всё?.. Почему же крестьяне массово гибли не там, а здесь? В чём же причина? В засухе 1931 года, погубившей урожай? Сама природа наказала нас, а нацистов помиловала?

Посмотрим. В той же работе Пленкова можно найти данные об урожае зерновых в Третьем рейхе по годам.

1933 - 14,492 млн т
1936 - 11,909 млн т
1937 - 11,493 млн т
1939 - 13,965 млн т

Итак, в 1936 году в Германии урожай зерновых оказался на почти на 18% ниже, чем в 1933; в 1937 - почти на 21% ниже.

Сравним это с советскими показателями (стр. 192):

1930 - 83,545 млн т
1931 - 69,484 млн т
1932 - 69,873 млн т
1933 - 89,804 млн т

То есть в 1931 году в СССР урожай зерновых оказался почти на 17% ниже, чем в 1930; в 1932 - 16,64% ниже.

Сам собой напрашивается вопрос: почему в Германии 1936-1937 гг. при совершенно сопоставимом (и даже более значительном) сокращении урожая не наблюдалось ничего подобного советской демографической катастрофе 1932-1933 годов? Это никак не спишешь на доходы от ограбления завоёванных стран - потому что в 1936-1937 гг. Германия ещё никого не завоевала.

Может быть, всё дело в качестве управления? Давайте сравним профессиональную подготовку министра продовольствия и сельского хозяйства Германии в 1933-1942 гг. Рихарда Дарре и наркома земледелия СССР в 1929-1934 гг. Якова Яковлева (Эпштейна).

Яковлев родился в 1896 году в семье мелкого служащего, получил среднее образование, затем поступил в Петроградский политехнический институт, который не окончил. В юности давал уроки, чтобы заработать на обучение, однако после этого никаким производительным трудом не занимался. В 1913 году вступил в РСДРП, так что во время Первой мировой войны не сражался с немцами, несмотря на очевидно призывной возраст, а разлагал петроградских рабочих большевистской пораженческой пропагандой. Партия оценила его заслуги в деле разрушения собственного государства в разгаре мировой войны: после Октябрьского переворота - стабильный карьерный рост на номенклатурных должностях.

Дарре родился в 1895 году в семье крупного предпринимателя, получил полное среднее образование, затем степень агронома в Витценхаузене, затем ещё семь лет изучал сельское хозяйство в Гиссене и Галле. Свободно владел четырьмя языками (что довольно опосредованно относится к аграрным компетенциям Дарре, но много говорит о его общем культурном уровне). Во время обучения бесплатно работал ассистентом на ферме в Померании.

Sapienti sat.



Если враг не сдаётся, - его уничтожают!
Похороны сосланной кулачки и эксплуататорши Таисии Барко
Май 1930 года, Томская область


Тем не менее некоторые советские ноу-хау в сельском хозяйстве нацисты охотно позаимствовали. Точнее, сохранили.

Сохранение старой системы землепользования летом 1941 г. объяснялось немцами тем, что массовое перераспределение земли может привести к голоду, как привели к голоду колхозы. 27 августа 1941 г. было утверждено нацистское «Положение об общем дворе». В нем было заявление, что «немцы признают исключительно частное имущество, а колхозы придуманы коммунистами, чтобы погубить русское крестьянство», но из него все же следовало, что колхозы (общие дворы) сохраняются. Объем сданной сельхозпродукции устанавливался оккупантами не ниже прошлогоднего.

Иногда сельскохозяйственные функционеры оккупантов чувствовали себя будущими хозяевами крестьян и, к неудовольствию Розенберга, стремились сохранить колхозы и препятствовать передаче земли крестьянам на местах{404}. Летом 1942 г. сельскохозяйственные вожди на Востоке решили создать сеть опорных пунктов для надзора над так называемыми «товариществами по обработке земли» (Landbaugenossenschaften), созданными на колхозной основе; землю этих товариществ (в них попала 1/10 земли всех колхозов) Розенберг планировал со временем передать в собственность крестьянам, чтобы повысить продуктивность их хозяйств{405}. Местные нацистские функционеры, напротив, предполагали, что со временем эти опорные пункты станут их собственностью. Поэтому они не были заинтересованы в реприватизации земли местными крестьянами — этим и объясняется феномен сохранения нацистами колхозной организации на оккупированной территории СССР Статс-секретарь имперского министерства продовольствия Г. Баке даже заявил: «если бы колхозы и совхозы не были бы созданы большевиками, их должны были создать мы»{406}.

О. Ю. Пленков
Рай для немцев

Обратите внимание, что Розенберг, главный теоретик нацизма, выступает против сохранения колхозов, трезво понимая, что использование подобных сталинских наработок дискредитирует "новый порядок", насаждаемый вермахтом и СС на оккупированных территориях СССР. Однако многие чиновники, находящиеся ниже Розенберга в гитлеровской табели о рангах (но ближе - к конкретной земле и к реальным людям), придерживаются совершенно противоположных взглядов по данному вопросу. Извечный спор теории с практикой!..

Даже в моем Розенберге пискнул либерал. Одно дело на бумаге да в романтических спорах и мечтаниях, а тут практика, мясо. А ведь и он — втайне, конечно! — считает себя моим учителем. Это они меня «открыли», «зарядили», «сделали»! Для немца даже фюрер — всего лишь нафаршированная колбаса! Вильгельмштрассовским революционерам хотелось бы с помощью одних славян победить и истребить других — все у них союзы да коалиции в голове. В мечтах да на бумаге цифры не пугали. А когда до дела дошло… Интересно бы посмотреть на этих Майеров, Ветцелей да на моего прибалтийского эстета Альфреда, если бы им пришлось не миллионами душ туда-сюда отсчитывать, а двух-трех женщин, но самим, своими руками ликвидировать. Да еще с их недоносками. Поставить живых перед ними — ну-ка исполняйте нашу историческую миссию! Опозорились бы, как Гиммлер в Минске. Велел поставить под расстрел сто, но на втором десятке свял, сбежал, как баба. И молчит, тут он не спешит докладывать!..

А. М. Адамович
Каратели

Теперь нам известно, что далеко не все немцы оказались столь же мягкотелыми, как прибалтийский эстет Розенберг и баба Гиммлер. Правда, никому из них и в голову не пришло насаждать колхозы в самой Германии. А вот в качестве готовой организации для выкачивания ресурсов из деревни они подошли отлично. Разница лишь в том, что гитлеровцы использовал колхозы для беспощадной эксплуатации советских крестьян, а сталинцы использовал колхозы для беспощадной эксплуатации советских крестьян.

В марте 1941 г. Гитлер постановил, что на оккупированных в России территориях армейские функции будет осуществлять вермахт, СС будет исполнять полицейские функции, общими вопросами администрирования будет заниматься имперское министерство оккупированных районов Востока во главе с А. Розенбергом, а экономические вопросы будут находиться в юрисдикции ведомства четырехлетнего плана{399}. Вопреки гитлеровским постановлениям, до практического экономического освоения восточных земель дело не дошло; можно сказать, что оккупанты ограничились грабежом. Дело в том, что одним из приоритетных направлений гитлеровской политики было сохранение в Германии стандартов питания (за счет вывоза продовольствия с оккупированных советских территорий). Немецкий «продовольственный диктатор» Герберт Баке планировал изъятие продовольствия в СССР, допуская при этом смерть от голода около 10 млн. человек. В брошюре «Двенадцать заповедей для немецких сельскохозяйственных экспертов в России» Баке указывал, что нищета и голод — это непременные спутники жизни русских людей уже много веков, поэтому к ним не может быть никакого снисхождения и сочувствия{400}.

О. Ю. Пленков
Рай для немцев


Фрагмент письмо члена Деткомиссии А. Л. Яворской в Деткомиссию при ВЦИК о положении детей спецпереселенцев, возвращающихся в родные места из ссылки в Северном крае РСФСР от 3 мая 1930 г.


НКВД РСФСР
АДМИНИСТРАТИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ
Исполнительного Комитета Западной Области
Секретно.
11 февраля 1930 г.


Доношу, что в Медынском районе Вяземского округа с 30/1 по 2/II-30 г. под руководством районных, Партийных и Советских органов было произведено раскулачивание по гор. Медынь для чего кроме партийного и Советского актива в работу был вовлечен и расположенный там полк Красной Армии.

В результате, раскулачиванию подверглось 70 человек, в том числе не только нэпмановские элементы злостно уклоняющиеся от уплаты числящихся за ними задолженностей государству, но и семьи служащих, кустари и даже рабочие.
При повальных обысках забирали положительно, вплоть до капусты и дров.
Изъятые вещи и предметы без надлежащих описей беспорядочно сваливались в складочные помещения, лица производившие изъятия вещей допускали грубость и чинили безобразия, так например обнаруженное варенье и друг. съестные продукты тут же поедались.

Лицам подвергнутым обыску было предложено немедленно покинуть пределы города Медынь, а через некоторое время это распоряжение заменено было подписками о невыезде под угрозой строго судебной ответственности.
Виновные лица допустившие безобразное искажение политики Партии и Правительства, в части ликвидации кулачества как класса в том числе и Начальника Районного Адмотделения тов. ШАКИРО Окружной Прокуратурой арестованы.
На место выехали представители Окружных Партийных и Советских организаций.

В Ельнинском районе, Смоленского округа в 10 часов вечера 7/II-30 г. Сгорел двор гр-на хут.Костино ХИНАНЕНКОВА Прохора (по социальному положению (маломощный середняк), при чем в пожаре погибло все семейство ХИНАНЕНКОВА Прохора состоящее из 8 человек, а именно: ХИНАНЕНКОВ Прохор, его жена и дети: мальчик 3 месяцев, девочки 3,6, 11, 15 и 18 лет.
Местным осмотром произведенным Следователем Ельнинского района совместно с работниками Ельнинского Райадмотделения устанавливается, что ХИНАНЕНКОВ Прохор найден во дворе у ворот в исподнем белье, с изрубленной затыльной частью головы, а остальные члены его семьи находились в доме на палатях. Кроме того устанавливается, что ХИНАНЕНКО Прохор убит до пожара, когда он открывал ворота злоумышленникам.


НАЧАЛЬНИК АДМИНИСТРАТИВНОГО УПРАВЛЕНИЯ ЗАПАДНОЙ ОБЛАСТИ (подпись)
ПЛЮСНИН

ГА РФ. Ф.Р-393.


Архивные документы подробно воссоздают картину происходящих событий со всеми деталями, в том числе и негативными. После составления списка руководство района (секретарь райкома партии, председатель РИКа, председатель горсовета, начальник городской милиции) отправились в 243-й стрелковый полк, дислоцировавшийся в городе. Полк был собран по тревоге в клубе, где открыли митинг. На нем выступил секретарь райкома партии с пятиминутной речью о предстоящем раскулачивании, завершившейся бурными аплодисментами.

При полном одобрении со стороны полка началось формирование соответствующих бригад и их инструктирование. Инструктаж проходил на отдельном совещании с уполномоченными от бригад, выделенных из состава полка, и касался прежде всего двух вопросов — как брать имущество и подписки о выезде (руководство района приняло решение, что раскулаченные должны были покинуть город в течение двух-четырех дней). Главным инструктором выступал начальник милиции при участии председателя РИКа и командира полка. Ими были даны следующие установки: «брать все»; «до последней тряпки, и то пойдет в утильсырье»; «быть вежливым, бережным к имуществу». Были выделены лица, которым поручалось принимать конфискованное имущество. Однако не было предусмотрено достаточного количества подвод и помещений для конфискованного имущества, что сказалось на результатах акции. В конце совещания-инструктажа уполномоченные от бригад получили удостоверения на проведение акции. Затем полк составе выделенных бригад и с оркестром вышел из казарм в город. Под музыку оркестра началась акция «по раскулачиванию».

Бригадами забиралось все — вещи (даже одеяла из-под ребенка, валенки прямо с ног), продукты, деньги — оставлялись только стены. Среди конфискованных вещей были — карманные фонари, мыло, карандаши, книги, пальто, платья, часы, зеркала, музыкальные инструменты, драгоценности. Зачастую действия бригад доводились до абсурда. В одном доме бригада из трех красноармейцев, прежде чем приступить к обыску, первоначально поела, так как поднятые по тревоге многие участники операции не успели пообедать в полку.
Руководил операцией РИК, сюда красноармейцы приносили отобранные вещи и продукты. Причем некоторые мелкие вещи и продукты сотрудники РИКа разрешали брать красноармейцам себе со словами: «Съешьте сами, пусть не едят дети кулаков». Отбираемое имущество первоначально свозилось в выделенные для этой цели сараи, а когда они заполнились — в хозяйственные постройки одной из рот полка, а позднее сваливалось прямо во дворе. Наиболее ценные и хрупкие предметы по разрешению руководителей бригад складировались в казармах или уносились комсоставом на временное хранение домой. Под конец операции временное хранение приобрело уже уголовный характер — вещи без спроса расхищались из складских помещений.

Н. С. Тархова
Красная армия и сталинская коллективизация. 1928-1933 гг.

Правомерно ли сравнивать вполне институционализированный нацистский грабёж крестьян на оккупированных территориях с Медынским инцидентом, который стал предметом разбирательства на самом высшем уровне? Вполне.
Тархова, глубоко изучившая данную тему в ходе подготовки своей монографии, вполне однозначно отмечает, что этот инцидент среди множества похожих событий тех лет не был чем-то особо выдающимся ни по характеру, ни по размаху. Чем же оказалось обусловлено проявленное к нему внимание Ворошилова и даже Сталина? Одна из причин - в том, что красноармейцы принялись грабить жителей Медыни для себя, а не для государства. Они просто начали присваивать себе отнятое у раскулаченных имущество, которое обязаны были по описи сдавать уполномоченным органам. То есть, по сути, занялись откровенным мародёрством на собственной территории. Что, вообще говоря, является грубейшим нарушением воинской дисциплины. Каравшимся не только по всем советским законам, но даже по букве пресловутого указа «О применении военной подсудности в районе „Барбаросса“ и об особых мерах войск», который принято считать документом, официально снявшим с немецких военнослужащих всякую ответственность за любые преступления, совершённые на Востоке. Но в том и дело, что ответственность он снимал не всякую.

Указ «О применении военной подсудности в районе „Барбаросса“ и об особых мерах войск»
Совершенно секретно
13 мая 1941 г.

Подсудность военным судам служит в первую очередь сохранению воинской дисциплины.
Расширение района военных действий на Востоке, формы, которые вследствие этого примут боевые действия, а также особенности противника делают необходимым, чтобы военные суды ставили перед собой только те задачи, которые при их незначительном штате для них посильны во время хода боевых действий и до замирения покоренных областей, то есть ограничили бы свою подсудность рамками, необходимыми для выполнения своей основной задачи.

Отношение к преступлениям, совершенным военнослужащими и обслуживающим персоналом по отношению к местному населению

1. Возбуждение преследования за действия, совершенные военнослужащими и обслуживающим персоналом по отношению к враждебным гражданским лицам, не является обязательным даже в тех случаях, когда эти действия одновременно составляют воинское преступление или проступок.

2. При обсуждении подобных действий необходимо в каждой стадии процесса учитывать, что поражение Германии в 1918 г., последовавший за ним период страданий германского народа, а также борьба против национал-социализма, потребовавшая бесчисленных кровавых жертв, являлись результатом большевистского влияния, чего ни один немец не забыл.

3. Поэтому судебный начальник должен тщательно разобраться, необходимо ли в подобных случаях возбуждение дисциплинарного или судебного преследования. Судебный начальник предписывает судебное рассмотрение дела лишь в том случае, если это требуется по соображениям поддержания воинской дисциплины и обеспечения безопасности войск. Это относится к тяжелым проступкам, связанным с половой распущенностью, с проявлением преступных наклонностей, или к проступкам, могущим привести к разложению войск. Не подлежат, как правило, смягчению приговоры за бессмысленное уничтожение помещений и запасов или других трофеев во вред собственным войскам.
Предложение о привлечении к уголовной ответственности в каждом случае должно исходить за подписью судебного начальника.



По поручению
Начальник штаба Верховного Командования
Вооруженных Сил Кейтель


Разумеется, Кейтелю не было никакого дела до того, сколько советских граждан солдаты вермахта уничтожат непосредственно в ходе реквизиций, а сколько - обрекут на неизбежную смерть от голода и холода позднее. Но он, будучи опытным офицером, прекрасно понимал, что если разрешить армии бесконтрольные бесчинства на оккупированной территории, она быстро превратится в неуправляемую толпу мародёров, озабоченных отнюдь не решением стратегических задач рейха, а благополучным возвращением домой с добытым хабаром. Именно поэтому рассматриваемый указ сохранял оговорку о возможности привлечения к ответственности солдат в тех случаях, когда это требуется по соображениям поддержания воинской дисциплины. Именно поэтому перед вермахтом ставилась задача пробивания советской обороны с последующим стремительным продвижением вперёд, а уже германизацией занятых земель должны были заняться сперва каратели из СС, затем насильники, садисты и психопаты из айнзатцгрупп, а после них - чиновники из гражданской администрации. Именно на них и ложилась обязанность наладить систему выкачивания ресурсов из подвластного населения; вермахт же должен был грабить местных жителей лишь настолько, насколько это было необходимо ему для обеспечения собственного бесперебойного снабжения.
Аналогично и в СССР партийные чиновники не собирались закрывать глаза на стремление к личной наживе со стороны солдат, участвующих в раскулачиваниях. Никакой личной наживы здесь быть не могло, конфискованное имущество "кулаков" автоматически становилось государственным, а уж никак не трофеями отдельных участников операции (де-юре, разумеется; де-факто, естественно, его присваивали довольно часто).


Фрагмент телеграммы группы раскулаченных крестьян из Обдорска Уральской области
М. И. Калинину, Н. К. Крупской, в РКИ и Прокурору РСФСР (весна 1930 г.)

Главной же крамолой оказалось то, что 243-й стрелковый полк был привлечён к операции по распоряжению местного партийного руководства, что являлось грубейшим нарушением строго вертикальной армейской субординации. Только его непосредственный командир, а также вся цепочка его вышестоящих военных начальников могла санкционировать подобные действия, но уж никак не местный райком ВКП(б). Это лишь на самом верху РККА непосредственно подчинялась Политбюро ЦК ВКП(б), но на более низких административных уровнях эта схема не дублировалась: у местных партийных начальников не было и не могло быть никаких войск в собственном распоряжении (сейчас ситуация та же: президент является верховным главнокомандующим всей российской армии, но губернаторы отнюдь не командуют военными частями, расположенными в их регионах). У них было лишь право покорно испрашивать разрешения на их использование по инстанции в случаях, когда это требовалось для подавления особо массовых беспорядков (см., к примеру, ход Кенгирского восстания, продлившегося почти полтора месяца). А здесь вдруг секретарь райкома партии, председатель райисполкома, председатель горсовета и начальник городской милиции по своей воле привлекают стрелковый полк Красной армии к решению задач, которые они обязаны были разрешать собственными силами точно и в срок! А командование полка, в свою очередь, не только охотно согласилось помочь товарищам, не только не соизволило согласовать эту акцию с командованием дивизии - но и вообще не поставило его в известность о своих намерениях!
Как говорил в таких случаях Сталин, попыхивая трубкой: "Вы посовещались и решили. Вы сначала посовещались, а потом решили, а, может быть, вы сначала решили, а потом посовещались?" Обычно после подобных вопросов людей увозили на "скорой", но в этот раз к провинившимся была проявлена удивительная мягкость, объясняемая, вероятно, тем, что исходный порыв-то у них был правильный: прижать кулачьё!

Об этом свидетельствует записка, написанная Сталиным в ходе одного из заседаний Политбюро, возможно, 5 февраля, и отложившаяся в деле переписки Ворошилова и Сталина. На ней нет даты, нет подписи. Но этот клочок бумаги, заполненный почерком Сталина, показывает реакцию вождя с присущей ему манерой «легкого юмора». Вот ее текст: «Я вчера разговаривал с Ворошиловым о вовлечении 243 полка к делу раскулачивания. Ворошилов ругал командира полка сверх меры. Я его утешил, разъяснив, что командир полка, очевидно, осуществлял приказ Ворошилова о выработке 100 тыс. колхозных "вождей"».

Н. С. Тархова
Красная армия и сталинская коллективизация. 1928-1933 гг.

Все для тебя. Гордись, отчизна.
Пойми, прости им эту прыть:
Идиотизм крестьянской жизни
Хотелось им искоренить.
Покончить силой - с древней властью
Вещей - чтоб выделить свою.
И с ней вести дорогой к счастью
Колонны в сомкнутом строю.

Им все мешало: снег и ветер,
Законы, разум, смех, весна,
Своя же совесть... Всё на свете.
Со всем на свете шла война.
Им ведом был - одним в России -
Счастливых дней чертеж простой.
Всей жизни план...
Но жизнь - стихия.
Срывала план. Ломала строй.
Рвалась из рук. Шла вкривь. Болела.
Но лозунг тот же был: «Даешь!»...
Ножами по живому телу
Они чертили свой чертеж.
Хоть на песке - а строя зданье.
Кто смел - тот прав.
Им неспроста
Казалось мелким состраданье.
Изменой долгу - доброта.
Не зря привыкли - в ожиданье
Своей несбывшейся судьбы
Считать
на верность испытаньем
Жестокость классовой борьбы.

Борьба!
Они обожествляли
Её с утра и дотемна.
И друг на друга натравляли
Людей - чтоб только шла она.
И жизнь губили, разрушая
Словами - связи естества.
Их обступила мгла пустая.
Тем тверже верили - в слова.
Пока ценой больших усилий,
Устав от крови и забот,
Пришли к победе...
Победили. -
Самих себя и весь народ.



Не будет большим преувеличением сказать, что по степени своего бесправия и глубине дискриминации репрессируемые советские крестьяне были вполне сопоставимы с германскими евреями до войны.

Постепенное ухудшение положения евреев Ганс Моммзен точно назвал «кумулятивной радикализацией»{781}, поскольку происходил «естественный» процесс привыкания к страданиям и смерти других людей. Современники вспоминали, как в Советском Союзе во времена коллективизации относились к «раскулаченным» и выселенным из родных мест крестьянам, бродившим по ставшим им чужими улицам советских деревень и городов; эти люди пухли от голода и умирали у всех на глазах. Говорят, что лишь дети иногда нарушали табу и помогали этим несчастным, а ведь речь шла не об иностранцах или чужаках, а о русских же людях.

О. Ю. Пленков
Рай для немцев

____

После этого, пожалуй, не удивишься тому, что уровень смертности в кулацкой ссылке превышал уровень смертности на оккупированных нацистами территориях во время Великой Отечественной.

Лето 1933 года.

У прокопченного, крашенного казенной охрой вокзального здания, за вылущенным заборчиком — сквозной березовый скверик. В нем прямо на утоптанных дорожках, на корнях, на уцелевшей пыльной травке валялись те, кого уже не считали людьми.
Правда, у каждого в недрах грязного, вшивого тряпья должен храниться если не утерян — замусоленный документ, удостоверяющий, что предъявитель сего носит такую-то фамилию, имя, отчество, родился там-то, на основании такого-то решения сослан с лишением гражданских прав и конфискацией имущества. Но уже никого не заботило, что он, имярек, лишенец, адмовысланный, не доехал до места, никого не интересовало, что он, имярек, лишенец, нигде не живет, не работает, ничего не ест. Он выпал из числа людей.
Большей частью это раскулаченные мужики из-под Тулы, Воронежа, Курска, Орла, со всей Украины. Вместе с ними в наши северные места прибыло и южное словечко «куркуль».

Куркули даже внешне не походили на людей.
Одни из них — скелеты, обтянутые темной, морщинистой, казалось, шуршащей кожей, скелеты с огромными, кротко горящими глазами.
Другие, наоборот, туго раздуты — вот-вот лопнет посиневшая от натяжения кожа, телеса колышутся, ноги похожи на подушки, пристроченные грязные пальцы прячутся за наплывами белой мякоти.

И вели они себя сейчас тоже не как люди.
Кто-то задумчиво грыз кору на березовом стволе и взирал в пространство тлеющими, нечеловечьи широкими глазами.
Кто-то, лежа в пыли, источая от своего полуистлевшего тряпья кислый смрад, брезгливо вытирал пальцы с такой энергией и упрямством, что, казалось, готов был счистить с них и кожу.
Кто-то расплылся на земле студнем, не шевелился, а только клекотал и булькал нутром, словно кипящий титан.
А кто-то уныло запихивал в рот пристанционный мусорок с земли…

Больше всего походили на людей те, кто уже успел помереть. Эти покойно лежали — спали.
Но перед смертью кто-нибудь из кротких, кто тишайше грыз кору, вкушал мусор, вдруг бунтовал — вставал во весь рост, обхватывал лучинными, ломкими руками гладкий, сильный ствол березы, прижимался к нему угловатой щекой, открывал рот, просторно черный, ослепительно зубастый, собирался, наверное, крикнуть испепеляющее проклятие, но вылетал хрип, пузырилась пена. Обдирая кожу на костистой щеке, «бунтарь» сползал вниз по стволу и… затихал насовсем.
Такие и после смерти не походили на людей — по-обезьяньи сжимали деревья.

Взрослые обходили скверик. Только по перрону вдоль низенькой оградки бродил по долгу службы начальник станции в новенькой форменной фуражке с кричаще красным верхом. У него было оплывшее, свинцовое лицо, он глядел себе под ноги и молчал.
Время от времени появлялся милиционер Ваня Душной, степенный парень с застывшей миной — «смотри ты у меня!».
— Никто не выполз? — спрашивал он у начальника станции.
А тот не отвечал, проходил мимо, не подымал головы.
Ваня Душной следил, чтоб куркули не расползались из скверика — ни на перрон, ни на пути.

Мы, мальчишки, в сам скверик тоже не заходили, а наблюдали из-за заборчика. Никакие ужасы не могли задушить нашего зверушечьего любопытства. Окаменев от страха, брезгливости, изнемогая от упрятанной панической жалости, мы наблюдали за короедами, за вспышками «бунтарей», кончающимися хрипом, пеной, сползанием по стволу вниз.
Начальник станции — «красная шапочка» — однажды повернулся в нашу сторону воспаленно-темным лицом, долго глядел, наконец изрек то ли нам, то ли самому себе, то ли вообще равнодушному небу:
— Что же вырастет из таких детей? Любуются смертью. Что за мир станет жить после нас? Что за мир?..

Долго выдержать сквера мы не могли, отрывались от него, глубоко дыша, словно проветривая все закоулки своей отравленной души, бежали в поселок.
Туда, где шла нормальная жизнь, где часто можно было услышать песню:

Не спи, вставай, кудрявая!
В цехах звеня,
страна встает со славою
на встречу дня…

Уже взрослым я долгое время удивлялся и гадал: почему я, в общем-то впечатлительный, уязвимый мальчишка, не заболел, не сошел с ума сразу же после того, как впервые увидел куркуля, с пеной и хрипом умирающего у меня на глазах.
Наверное, потому, что ужасы сквера появились не сразу и у меня была возможность как-то попривыкнуть, обмозолиться.

Первое потрясение, куда более сильное, чем от куркульской смерти, я испытал от тихого уличного случая.
Женщина в опрятном и поношенном пальто с бархатным воротничком и столь же опрятным и поношенным лицом на моих глазах поскользнулась и разбила стеклянную банку с молоком, которое купила у перрона на станции. Молоко вылилось в обледеневший нечистый след лошадиного копыта. Женщина опустилась перед ним, как перед могилой дочери, придушенно всхлипнула и вдруг вынула из кармана простую обгрызенную деревянную ложку. Она плакала и черпала ложкой молоко из копытной ямки на дороге, плакала и ела, плакала и ела, аккуратно, без жадности, воспитанно.

А я стоял в стороне и — нет, не ревел вместе с ней — боялся, надо мной засмеются прохожие.

В. Ф. Тендряков
Хлеб для собаки
Tags: голод
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments