Lex_Divina (lex_divina) wrote,
Lex_Divina
lex_divina

Keep smilin'!



Узнаёте улыбчивого человека на переднем плане? Это американский врач, ставящий медицинские эксперименты на американских же неграх. Негры тоже довольны, улыбаются, ну так ещё бы - их бесплатно лечат от сифилиса!


Исследование Таскиги — печально известный медицинский эксперимент, длившийся с 1932 по 1972 год в городе Таскиги. Исследование проводилось под эгидой Службы общественного здравоохранения США и имело целью исследовать все стадии заболевания сифилисом на 600 испольщиках из числа бедного афроамериканского населения (причём 200 из них не были заражены сифилисом до начала эксперимента над ними).

К 1947 году пенициллин стал стандартным методом лечения сифилиса, но больным не сообщали об этом. Вместо этого учёные продолжили исследования, скрыв информацию о пенициллине от пациентов. Кроме того, учёные следили, чтобы участники исследования не получили доступ к лечению сифилиса в других больницах. Исследование продолжалось до 1972 года, когда утечка в прессу привела к его прекращению. В результате многие люди пострадали, многие умерли от сифилиса, заразив своих жён и детей, рождённых с врождённым сифилисом.


Вообще говоря, использование бедняков в качестве лабораторных мышей и тренировочных тушек для набивания рук неопытными хирургами широко практиковалось ещё в Старом Свете.

В начале XIX века в госпиталях, где проходили обучение студенты-медики, процветала семейственность. В выпуске журнала The Lancet от 20 декабря 1828 г. рассказывается о непрофессионально выполненной хирургической операции, выявившей полную некомпетентность некоего Брансби Купера — племянника известного анатома сэра Эстли Купера. В присутствии приблизительно двухсот коллег, студентов и наблюдателей молодой Купер продемонстрировал, что его присутствие в анатомическом театре объясняется исключительно его родством, но вовсе не его талантами. Операция в Гай-госпитале в Лондоне была несложной — всего лишь удаление камня из мочевого пузыря (литотомия). Пациент, Стефан Поллард, был крепким мужчиной. Обычно операция по извлечению камней длилась несколько минут, но Поллард находился на операционном столе около часа, с коленями, упертыми в шею, и кистями рук, привязанными к ступням. Все это время невежественный медик тщетно пытался найти камень. Один свидетель упоминал, что был применен и желобоватый зонд, и ложечка, и несколько щипцов. Другой описывал «чудовищный звук, издаваемый щипцами в промежности». Когда смена нескольких инструментов не помогла обнаружить камень, Купер «с силой засунул свой палец…». В этот момент терпение Полларда иссякло [7].

Он произнес что-то вроде: «Ох, оставьте, как есть! Умоляю, оставьте!» Но Купер продолжал усердствовать, проклиная необычную глубину промежности пациента (как впоследствии показало вскрытие, промежность была нормального размера). Проковырявшись пальцем какое-то невообразимое количество времени, он встал со своего места и принялся «сравнивать длину своих пальцев с длиной пальцев других присутствующих, чтобы найти кого-то с более длинным пальцем». В конце концов он вернулся к своим инструментам и с помощью щипцов извлек непокорный камень (сравнительно небольшой, «не крупнее обычного виндзорского боба») и поднял его над головой с гордым видом обладателя престижной премии. Дрожащую и измученную массу, бывшую ранее Стефаном Поллардом, перекатили на постель, на которой через двадцать девять часов он скончался от инфекции и бог знает каких еще осложнений.

Мало того что неумелые хлыщи в модных жилетах и галстуках-бабочках засовывали руки в ваши мочевыводящие пути, но все это происходило на людях — присутствовали не только начинающие врачи, но, как следует из еще одного отчета в том же журнале за 1829 г., почти половина Лондона: «Хирурги и их друзья, французские визитеры и просто зеваки заполняли все пространство вокруг стола». Стоял невообразимый шум, с галереи и с верхних рядов раздавались крики: «Сними шляпу!», «Пригни голову!»

Такая атмосфера кабаре, сопровождавшая обучение студентов-медиков, возникла несколько столетий назад в анатомических театрах знаменитых медицинских академий Болоньи и Падуи. Если верить биографии известного анатома эпохи Возрождения Андреаса Везалия, написанной С. Д. О’Молли, один взволнованный наблюдатель, присутствовавший на сеансе анатомии в переполненном зале, чтобы лучше видеть, свесился со своей скамьи и скатился к анатомическому столу. Как написано далее, «из-за неудачного падения ‹…› несчастный мастер Карло чувствует себя не очень хорошо и не может присутствовать на лекции». Можно быть уверенным, что мастер Карло не пожелал, чтобы его лечили там, куда он ходил на лекции.

Все без исключения пациенты госпиталей, в которых проходили обучение студенты, были очень бедными людьми, которые не могли оплатить частную операцию. К примеру, шансы человека погибнуть или излечиться в результате все того же удаления камней из мочевого пузыря были равными — летальность в результате подобной процедуры составляла 50%. По сути, бедняки представляли собой живой материал для хирургической практики.

М. Роуч
Кадавр
Как тело после смерти служит науке

Поэтому несложно понять, что толкнуло американских чернокожих на участие в подобном эксперименте - ведь никакого Obamacare тогда ещё не придумали, претендовать на достойную медицинскую страховку по месту работы в условиях ещё не искоренённой расовой сегрегации они не могли, оплачивать больничные счета из собственного кармана - тем более. Так что выбор перед ними стоял невесёлый: или записываться добровольцами для тестирования экспериментальных методов терапии, или ждать, что сифилис пройдёт сам по себе. Поэтому осуждать их за глупость и предаваться виктимблеймингу с мягкого дивана мы не будем.

Интереснее поведение врачей. Исследование Таскиги уникально не самим своим характером (ведь и по сей день у пациентов, страдающих неизлечимыми на данный момент заболеваниями, доктора периодически спрашивают согласия на применение тех или иных экспериментальных средств, если более традиционные не могут помочь). Оно выделяется своей длительностью и абсолютным цинизмом по отношению к больным.

В 1932 году, когда эксперимент начался, ему ещё можно было найти какое-то оправдание, поскольку надёжных средств лечения сифилиса без тяжёлых побочных эффектов тогда просто не было известно. Но обратите внимание, как развиваются события дальше.

В начале 40-х годов обнаруживается выдающаяся способность обыкновенного пенициллина противостоять бактериальным инфекциям. Против ещё не имеющих никакой устойчивости к антибиотикам возбудителей его воздействие оказывается настолько впечатляющим, что уже в 1945 (необычайно быстро!) за это открытие присуждается Нобелевская премия по медицине. К конце 40-х годов пенициллин становится главным лекарством против сифилиса - но исследование в Таскиги никто не останавливает! Более того, никто не прекращает давать пациентам весьма токсичные (и уже морально устаревшие) средства на основе ртути и висмута, помогающих от этой болезни в русле известной присказки о том, что лучшее средство от перхоти - гильотина. Вдобавок от подопытных вообще скрывают информацию о том, что появился гораздо более действенный и куда менее вредный препарат.

В 1947 году по итогам Нюрнбергского процесса над врачами, в ходе которого были обнародованы шокирующие данные о нацистских медицинских экспериментах над заключёнными концлагерей, принимается международный Нюрнбергский кодекс, недвусмысленно указывающий на неправомерность продолжения исследования в Таскиги. Но его организаторам наплевать - при том, что сам по себе процесс над нацистскими врачами был проведён американскими военными властями, а не международной коалицией союзников, как основной Нюрнбергский процесс!

Опыты над живыми людьми в женском концлагере Равенсбрюк отличались такой же чудовищной жестокостью, как и опыты в Дахау.

Гравиц, имперский медицинский инспектор СС, приказал вводить узницам Равенсбрюка стафилококки, возбудители газовой гангрены и столбняка, а также вводили одновременно несколько видов бактерий, дабы установить эффективность сульфаниламидных препаратов. Непосредственно руководил экспериментами профессор Гебхард (с ним мы еще встретимся) — ординатор клиники ортопедической хирургии Берлинского университета, главный врач больницы Хоэнлихен, друг и один из лейб-медиков Гиммлера. По его указанию доктора Шидлауски. Розенталь и Герта Оберхейзер калечили и убивали несчастных женщин.

Надрез для внесения бактерий узницам делали на верхней части бедра, почти всегда глубокий, до самой кости, очень часто в рану вкладывали также щепки и осколки стекла: нагноения начинались сразу, и «контрольные» больные умирали в страшных муках. Смерть других больных наступала позже, но мучились они не меньше. (Для опытов почему-то выбирали самых красивых девушек!) А когда в Равенсбрюк являлся профессор Гебхард собственной персоной, больных (иногда умирающих) узниц часами держали привязанными к операционным столам.

В мае 1943 г. Гебхард сделал доклад об опытах в Равенсбрюке на «третьей конференции по Востоку для врачей — консультантов» военной академии в Берлине. Доклад назывался: «Особые эксперименты касательно действия сульфаниламидов». На конференции присутствовали уже известные нам профессор Хандлозер, профессор Рошток, директор университетской клиники в Берлине, консультант вермахта генерал-полковник Шрёдер, начальник санитарного управления авиации вездесущий Конти, начальник санитарного управления войск СС и полиции оберштурмфюрер Попендик, лейб-медик Гитлера (он же генерал-лейтенант войск СС) Брандт и другие менее известные медицинские «светила» «третьего рейха». Ни один из них не выразил своего возмущения тем, что опыты проводились над живыми людьми!

В Равенсбрюке также трансплантировали костные ткани. «Методика» и здесь была обычная для «кацет» — брали здоровых женщин, калечили их, а потом накладывали гипс. Когда хотели взглянуть, как идет эксперимент, вырезали куски живого тела и обнажали кость.

Иногда поступали еще проще: ампутировали здоровую ногу, руку или лопатку и отвозили в другой концлагерь — Хоэнлихен, к профессору Гебхарду, а там он вместе с Штумпффэггером и Шульцем (все это самые знаменитые хирурги СС) «приставляли» их к другим подопытным.

С 1939 г. опыты на живых людях проводились в Заксенхаузене — на узниках испытывали жидкие отравляющие вещества (ОВ), их втирали в кожу (!). О результатах экспериментов докладывали лично Гиммлеру. Заключенные сперва слепли, а потом в страшных мучениях погибали.

В концлагере Нацвейлер также была широко поставлена вивисекция. Здесь экспериментировали с желтой лихорадкой, сыпным тифом… Особо отличался в Нацвейлере некий профессор Хирт. Хирт в конце 1942 г. связался с Гиммлером и получил разрешение создать «коллекцию» черепов и скелетов «еврейско-большевистских комиссаров».

Д. Е. Мельников, Л. Б. Черная
Империя смерти
Аппарат насилия в нацистской Германии 1933–1945


Это ещё можно как-то объяснить нежеланием американцев компрометировать самих себя обнародованием подобной истории сразу после предъявления миру тягчайших преступлений Менгеле, Брандта, Рашера и им подобных (хотя ничего не мешало прикрыть собственный проект негласно, без громкой пиар-кампании).
Но со второй половины 60-х сведения о происходящем в Таскиги и недвусмысленные требования прекратить эти откровенно нацистские эксперименты начинают публиковаться в открытой печати - пока ещё специализированной медицинской. Чуть раньше, в 1964 году, признаётся незаконной расовая сегрегация, чернокожие официально уравниваются в правах с белыми. Но организаторы эксперимента делают морду кирпичом - и продолжают лечить негров ртутью от болезни, которую уже во всём западном мире куда успешнее лечат пенициллином!

В 1972 скандал выходит на страницы New York Times, игнорировать его становится уже невозможно, опыты наконец-то сворачивают, - но и в 1976 году Джон Хеллер, бывший начальник отдела венерических болезней Департамента общественного здоровья, беззастенчиво заявляет:
"Статус этих людей не вызывал этических дебатов. Они были объектами, а не пациентами, клиническим материалом, а не больными людьми".

На резонные же вопрос интервьюёров, не видит ли он параллелей между этим исследованием и нацистскими медицинскими экспериментами, он уверенно и аргументированно отвечает - нет, не вижу.

Излишне пояснять, что ни Хеллер, ни кто-либо из непосредственных организаторов и руководителей исследования в Таскиги не понесли никакой ответственности.
А что же получили сами испытательные негры? Официальные извинения от президента Клинтона в 1997 году, когда в живых осталось 8 участников из 600.


И это, кстати, не самый плохой результат.
Из подопытных самого известного медицинского "экспериментатора", Сиро Исии, главы жуткого отряда 731, не выжил никто. Вообще. Вдумайтесь в это. Даже узники Освенцима имели ничтожную вероятность оказаться на свободе в результате удачного побега или освобождения лагеря наступающей Красной армией. У заключённых отряда 731 шанс выжить был равен нулю.
Вся известная нам информация о деятельности этого подразделения получена от его бывших служащих.

В ходе судебных заседаний выяснилось, что основным методом проверки действия бактериологического оружия являлись бесчеловечные опыты над живыми людьми, проводившиеся систематически и в массовых масштабах. Обвиняемый, бывший генерал-майор медицинской службы Кавасима, показал: «В 731 отряде широко применялись эксперименты по действию всех смертоносных бактерий на живых людях. Материалом для этого являлись заключенные китайские патриоты и русские, которых органы японской контрразведки обрекали на истребление… Если заключенный, несмотря на заражение его смертоносными бактериями, выздоравливал, то это не спасало его от повторных опытов, которые продолжались до тех пор, пока не наступала смерть от заражения… Во всяком случае, живым из этой фабрики смерти никто никогда не выходил» (Материалы судебного процесса…, с. 15–17).

Невольно содрогаешься, когда читаешь свидетельства бывших служащих отряда о том, что творили «экспериментаторы» над живыми людьми, особенно рассказ о «выставочной комнате».
«Тот, кто впервые входил в эту комнату, впадал в шоковое состояние, и даже видавшие виды люди, шатаясь, искали опоры», — вспоминает бывший служащий отряда.
На полках, расположенных в два или три ряда вдоль стен, стояли наполненные формалином стеклянные сосуды диаметром 45 и высотой 60 сантиметров. В формалиновом растворе находились человеческие головы…
Головы с раздробленным, как гранатовый плод, лицом.
Головы, разрубленные на две части от темени до уха.
Головы распиленные, с обнажившимся мозгом.
Головы с разложившимся лицом, на котором невозможно распознать ни глаз, ни носа, ни рта.
Головы с широко открытым ртом, с красными, синими, черными пятнами на коже.
Китайцы, монголы, русские…

Головы людей разных рас, мужчин и женщин, старых и молодых, смотрели из коричневатого формалинового раствора на вошедшего в комнату и обращались к нему с немым вопросом: «Почему мы здесь?»

С. Моримура
Кухня дьявола

Угадайте с трёх раз, стараниями какого государства Исии после войны получил защиту от всякого судебного преследования, чтобы благополучно прожить до 1959 года.


Tags: капиталистическая законность
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments